ПОСТ О ЗОЛОТОЙ ЖИЛЕ, И НОВОЙ СИЛЕ, И О ТОМ, КТО ОСТАЛСЯ ЗА БОРТОМ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ПОСТ О ЗОЛОТОЙ ЖИЛЕ, И НОВОЙ СИЛЕ, И О ТОМ, КТО ОСТАЛСЯ ЗА БОРТОМ

Произносить слова мы научились. Теперь бы научиться считать деньги.

Виктор Черномырдин

МЫ ВСЕ БУДЕМ МИЛЛИОНЕРАМИ

Работая в кооперативе, не ведали инженеры, что вскоре нападут на золотую жилу – связь нового поколения. Сначала это была такая же, как и ранее, исследовательская задача: «Мы пришли к сотовой телефонии в поисках для себя инженерных задач: спроектировать там, шкафчик сделать, – разъясняет Зимин творческую “кухню” военного института. – Соседние отделы занимались СВЧ-сушкой для бревен. СВЧ-печей тогда еще не было. Это все было новинкой. И так вот, слово за слово, вышли на сотовую телефонию. Тогда еще и не понимали особо, о чем речь. Телефон – в карман, а проектирование сетей, прохождение радиоволн в условиях городских конгломераций? Это же так интересно»[82]. Зимин вспоминал однажды, что параллельно с будущим «ВымпелКомом» возникло «еще три или четыре бизнеса. Это был очень интересный процесс. Многое из того, что было начато тогда моими коллегами, друзьями, развалилось, но несколько компаний, которые выросли как бы из одного куста, сохранились. Так как “ВымпелКом” волею судеб оказался наиболее крупным, он вокруг себя порождал другие бизнесы». Наивные инженеры мечтали организовать производство, но не сразу: «Постепенно, – вспоминал Зимин, – пришло понимание того, что мы – оператор, а оператор не может заниматься производством»[83].

Как непросто Зимину было убедить коллег заняться новым делом. «Я вспоминаю, еще в РТИ, у себя в отделе, мои сотрудники тоже говорили: “У нас госзаказ, а тут кооператив какой-то”, – рассказывает он. – Но денег не было, так давай-давай! Я пришел в другой отдел (Славкина), стал говорить: “Что там на горизонте? Вот сотовая телефония, есть стандарт 800 мегагерц, с военными договорились, может, дадут частоты как-нибудь через Минсвязи”. И вот один человек, тогда совсем молодой парень (не хочу его называть, он до сих пор работает в “ВымпелКоме”, лет 60 ему, в проектном отделе работает, проектирует сети. Там уже совсем мало осталось старых кадров, он один из них), на меня смотрит и говорит: “Ты, Зимин, окончательно охренел! (В подлиннике было грубее.)! Тут жрать нечего, а ты про какую-то сотовую телефонию говоришь!” Такая вот была реакция. А в магазинах-то шаром покати, какая сотовая телефония!»[84]

В новое дело поверили самые смелые, нацеленные на общее дело и связанные в единое целое пониманием того, как его свершить. «В лаборатории нельзя перегнать весь мир. Там работают тысячи людей. А здесь несколько энтузиастов, – вспоминал о том времени Бондаренко. – Но они работали с большим интересом, с большим энтузиазмом. Я помню, что ядро сформировалось в бывшем парткоме РТИ. Там же сидел Дмитрий Борисович, там же Оги сидел. В этом парткоме собирались самые лучшие люди. Мы собирались буквально каждый вечер. Сидели допоздна. Это привычка. Вечерами это был какой-то клуб, в котором люди делились идеями, просто разговаривали, мечтали. Обсуждались какие-то деловые вопросы. Это был какой-то клуб единомышленников. Нас было человек 10, ну, может быть, 20».

Оги – американский партнер и один из основателей «ВымпелКома» – не случайно оказался на бывшем суперсекретном объекте. «Виной» тому перестройка – лозунг, принятый миром, вмиг разрушивший железный занавес между мирами социализма и капитализма[85]. «В сентябре 91-го в Москву прибыли эмиссары американской компании сотовой телефонии Cellular, – пишет Геннадий Горелик. – В поисках возможных партнеров они посетили и РТИ. Тогда-то Дмитрий Зимин впервые познакомился с новой областью радиотехники»[86]. В октябре РТИ в рамках программы конверсии посетила другая делегация, в составе которой были отец и сын Фабела, представлявшие интересы маленькой семейной фирмы Plexsys, производившей аппаратуру для сотовой телефонии. «Вернувшись домой, – продолжает Горелик, – Фабелы пригласили своих новых российских знакомых на деловую экскурсию в Америку, чтобы показать свою фабрику в Чикаго, дать “пощупать” радиотехнику, на которой работает сотовый телефон. Когда в Чикаго пришел список делегации, имена Фабелам уже ничего не говорили – трудные русские имена-отчества-фамилии смешались в кучу. От встречи в “Вымпеле” остались скорее зрительные образы. Один особенно яркий – как русский инженер не первой молодости и небольшого роста, излучая энергию, помогал своему звучному голосу преодолевать языковой барьер с помощью энергичных жестов. Поэтому в ответном факсе в Москву Фабелы попросили, чтобы в делегацию включили того лысоватого джентльмена, который во время переговоров энергично стучал кулаками по столу».

Союз Зимина и семьи Фабела сложился не сразу: американцы сначала хотели просто продавать в России небольшие коммутационные устройства для сотовых сетей с ограниченной зоной покрытия. Но вскоре Фабела убедили Зимина в необходимости совместной работы. «Условия сделки были просты: “ВымпелКом”, которым владели РТИ, “Вымпел”, “Зимин и Ко”, под руководством Зимина должен был стать каналом проникновения на российский рынок, – пишут авторы книги “Новые лидеры российского бизнеса”. – Зимин заверил своих партнеров в том, что он полностью контролирует компанию и не зависит от решений других акционеров. Американская сторона обеспечивала начальное финансирование, маркетинговые, финансовые и управленческие навыки. «ВымпелКом» и российские сотрудники отвечали за техническую работу, стратегию и политические связи, необходимые для получения операторской лицензии»[87].

В истории бизнеса немало успешных союзов: Билл Хьюлетт и Дейв Паккард (НР), Чарльз Роллс и Фредерик Ройс (Rolls-Royce), Гордон Мур и Энди Гроув (Intel), Билл Бауэрман и Фил Найт (Nike), Джефф Безос и Джефф Уилк (Amazon), Джозеф Ричи и Петр Зрелов («Диалог»). Но в «ВымпелКоме» возникла связь мудрости и юности, подчас бесшабашной. В новой России одни собственники искали любую возможность накопить деньги для развития дела, а другие демонстрировали новые стандарты потребления. «Фабела считал каждую копейку, но на него тратились большие деньги, – рассказывал Вениамин Славкин. – Ему сняли, после двух отвергнутых, шикарную квартиру на Котельнической набережной. Когда он женился и с женой приехал в Москву, произошел такой случай. В первом же магазине жена, выбирая обстановку для московской квартиры, ткнула пальцем в дорогущий ковер ручной работы. Сопровождающий сказал, что это стоимость всех средств, выделенных для них».

Вряд ли те, кто пошел за Зиминым, обращали на этот поступок внимание: они просто работали, они шли за лидером и верили в удачу. «Такой подъем был – с ума сойти. Страшно интересное было время, – вспоминал Айзин. – Тогда мы работали часто забесплатно. Потому что денег практически не было. Хотя Зимин говорил: мы все будем миллионерами. Но мы – болтай, болтай! Не верили. Но раз денег не было, а надо все было делать быстро, люди вкалывали здесь до 12, и ночами, и никто никого не заставлял».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.