ПОСТ О ТОМ, ЧТО ЛОПАТОЙ ОТ ЗАРИ ДО ЗАКАТА МОЖНО ДОЛГО МАХАТЬ И СУДЬБУ ИСПЫТАТЬ

ПОСТ О ТОМ, ЧТО ЛОПАТОЙ ОТ ЗАРИ ДО ЗАКАТА МОЖНО ДОЛГО МАХАТЬ И СУДЬБУ ИСПЫТАТЬ

…радость – именно та основа, на которой я строю свой бизнес.

Ричард Брэнсон

Говорят, что труд убивает время; но сие последнее, нисколько от этого не уменьшаяся, продолжает служить человечеству и всей вселенной постоянно в одинаковой полноте и непрерывности.

Козьма Прутков

ДО 12 КУБОВ В ДЕНЬ – С ОГРОМНЫМ УДОВОЛЬСТВИЕМ

Отец научного менеджмента Фредерик Тейлор в «Принципах научного менеджмента» (1911) писал: «Всякий средний человек усомнится в том, что очень много науки заключается в работе лопатой»[9]. Речь в книге шла о том, что внедрение научного менеджмента на заводах Вифлеемской стальной компании резко повысило производительность труда рабочих: в итоге лучшие из них вышли на максимальную дневную выработку (при нагрузке на лопату около 21 фунта – это около 10 килограммов). Сергей Воробьев, основатель компании «Ward Howell», вряд ли задумывался об этих научных тонкостях, впервые попав в стройотряд. Его, «маменькиного сынка «в среднем», поставили копать кембрийскую глину и делать опалубки для дорожных переездов на осушаемых под Питером нашей ПМК (передвижная механизированная колонна. – А.К.) полях, с которых должен был питаться на хрена там якобы построенный крупнейший свинокомплекс в Европе». Для справки: глина эта не только твердая, вязкая и тяжеленная, но и ценнейший продукт природы. Ее, например, использовали сто лет назад при строительстве мечети в Питере, делали плитку, а сейчас, когда уже доказаны ее великолепные лечебные качества, глину фасуют в тару для продажи и используют при производстве косметики.

Так вот, по горячему утверждению Воробьева: «Это было лучшее время в моей жизни – я никогда в жизни своей так хорошо не работал, не был начальником и не имел дурных начальников». Действительно, над Воробьевым не было начальства, да и в отряде не было ученых вроде Тейлора, изучающих с хронометром в руках труд бойцов отряда[10]. Так что для увеличения производительности при изготовлении опалубки придумали бойцы отряда такую штуку: Воробьев своим авторитетом «запретил использовать на стройке рубанок, догадался, что щелеватая опалубка выдерживает гидравлический удар и в тех редких случаях, когда удается загнать самосвал так, чтобы построить желоб, чтобы в него лил, потому что эта “сволочь” приезжает, когда хочет, быстро “сплевывает”, подъезжать не хочет, и потом таскай лопатами или вообще – бетона нет, вот тебе песок, вот тебе цемент, иди, собирай железяки по округе… Короче, быстро разобрался: чем она щелеватее и ноздреватее, тем лучше, потому что тогда гидравлический удар не происходит… В результате вышли на рекордную производительность».

Глосса о лидерстве от Воробьева

После того как у меня в первом стройотряде опалубка разлетелась и я собирал в полуледяной воде остатки бетона, тогда же – я помню этот момент – и появился лидерский дух – я все жду такого от своих подчиненных, от других начальников, с которыми сталкиваюсь. Так неудачно получилось – мы заливали опалубку к обеду. Тут все приехали, включая мое руководство, руководство ПМК и совхоза. Они все столпились над нами с приятелем, а опалубка только что треснула, все расползается, все течет. Они там наверху все в белом, а мы внизу все в говне, в бетоне, в грязи. Два худосочных физика, прошу заметить.

Они пытаются дать советы, пытаются нас материть, всем страшно.

Я вышел в комбинезоне, весь в бетоне, поднял лопату наперевес и ответил встречным матом, сказал: «Уйдите все отсюда на три буквы!»

Они спросили: «А что ты сделаешь?»

Я сказал: «Не знаю, что я сделаю, но когда вы будете идти с обеда – все будет нормально».

Сказали: «Ну смотри, сука, ответишь! За бетон ответишь! За все ответишь!»

Я сказал, что отвечу.

Не помню как, но мы все сделали, как-то все это говно отчерпали, ошибку, что с опалубкой допустили, усвоили. Физики, не дураки. Когда они шли с обеда, не знаю, где мы бетоном разжились новым: то ли сами сделали, то ли украли у кого-то.

Типа, через два часа все уже было залито.

Они спросили: «Как?»

Мы сказали: «Так!»

Уверен, что до сих пор стоят.

Строили бойцы стройотрядов на совесть: и поныне стоят здания и сооружения в поселках Кип и Джаркурталь Омской области, построенные бойцами отряда Германа Грефа – «здания стоят, но обветшали. Ремонтировать – не на что»[11]. То же самое о своих стройках говорили мне мои собеседники. Например, Дмитрий Новиков, побывав на бывшей стройке в Тверской области, сказал об этом так: «Все стоит до сих пор. Объекты производственные ветшают, а жилье стоит до сих пор, люди живут». И Александр Назаренко вторит ему: «Мы ездили на Смоленщину. Туда мы съездили пять лет назад – и все стоит, фантастика»!

Не так давно бойцы ССО «Смоленск-68» выкопали бутылку, заложенную в здание зерносклада, где трудились бойцы (это село Макшеево, что под Смоленском). Выкопали и прочитали, а потом опубликовали на сайте физического факультета МГУ оригинал обращения к потомкам: «Нашедшие сей сосуд! Знайте, что это строение есть зерносклад, возведенный студентами физического факультета Московского государственного университета. 22.VI – 20.VII – 1968 г.». Но самая главная подпись на письме – «это подпись декана физического факультета МГУ, профессора Фурсова Василия Степановича. Отчетливая подпись поставлена, как водится, с датой – 19.VII.68, знаменитой авторучкой с зелеными чернилами, которой подписывались все приказы о зачислении в студенты, а также и об отчислении с факультета»![12]

Данный текст является ознакомительным фрагментом.